Фото: Игорь Шпиленок, «Известия»
По заданию акимата я отправился в город Троицк, расположенный недалеко от Челябинска. Тогда, будучи самым молодым сотрудником акимата Есильского района, меня отправляли в командировки в Кокшетау или Астану по несколько раз в неделю.
И вот теперь я отправился туда, куда никогда не ездил и где никогда не бывал – в город Троицк Челябинской области.
Прибыв в город, я, расспрашивая прохожих, нашел городскую администрацию. Уговорив секретаря, я получил разрешение на встречу с главой города. Войдя внутрь, я достал письмо из своего портфеля и вручил его мэру города, представившемуся Алексеем Анатольевичем Ильиным.
Взяв письмо, он прочитал его и сказал: – Я свяжусь с лесничеством, достигну соглашения, а потом дам ответ. Вы можете остаться в городе на один-два дня или остановиться у кого-нибудь из наших сотрудников, переночевать, – сказал он с теплой улыбкой. Затем он нажал кнопку звонка и позвал секретаря.
– Алина, позови Николая Березина, – сказал он мягким голосом.
Вскоре в дверях появился невысокий, полноватый светловолосый парень.
– Николай, этот молодой человек приехал из Казахстана, из Акмолинской области. Он выразил желание приобрести доски, подготовленные нашим лесничеством. Его прислали заранее для оформления заказа. Пусть он поживет у тебя несколько дней. Это гость, не будем отправлять его в гостиницы, – сказал он.
Так мы с руководителем организационного отдела вечером отправились к нему домой. Николай был на два-три года старше меня. Его дом оказался в деревне Дубовка, недалеко от Троицка. Три километра от города. Он сказал, что в основном передвигается на велосипеде.
Мы приехали к нему домой, обсуждая ситуацию в нашей стране и в России. Его дом был большим, красиво построенным из бревен. Видимо, начальство специально отправило меня в этот дом, чтобы я мог спокойно отдохнуть. Все вокруг было зелено. Лес казался бесконечным.
«Вот это, наверное, и есть тайга», – подумал я про себя. Но это был лишь один ее край.
Когда мы вошли через ворота, во дворе я увидел высокого русского старика, подошел, пожал ему руку и поздоровался.
– Ты казах? – спросил старик. Я кивнул.
– Его зовут Бейсенгазы, он из Казахстана, – сказал Николай, ставя свой велосипед. Войдя в дом, я познакомился с его матерью, выпил киселя и вышел во двор отдохнуть.
– Через некоторое время ко мне подошел старик. Он представился: – Иван Илларионович. Похоже, он занимался кузнечным делом. Место, где мы сидели, было просторным и красиво оформленным. Однако внешность этого старика больше напоминала азиата, чем русского. Про себя я подумал, что в его жилах течет кровь одного из малых народов Сибири.
– Ну как, у вас там? – спросил он, попыхивая махорку.
– Идет своим чередом, понемногу, – ответил я по-русски. – У вас здесь очень красиво, на краю тайги, воздух чистый.
Старик, словно что-то вспомнив, задумавшись, посмотрел на меня.
– Какая у тебя профессия? – спросил он через некоторое время. Он знал, что я работаю в акимате, я говорил об этом за чаем.
– Я журналист, – ответил я.
– Это хорошо, – сказал он. Он долго смотрел в сторону тайги. Николай, видимо, устав, лег на диван и, наверное, уснул. – Я тоже казах, – сказал старик, глядя на меня. – Моя прабабушка была чистокровной казашкой.
Я понимаю и говорю по-казахски. Только когда встречаюсь с казахами. Мне восемьдесят шесть лет. – Старик говорил по-казахски с небольшим акцентом, но я был поражен, так как не ожидал